 |
|
|
|
|
|||||||||||||||||||||||||||
|
|
| |||||||||||||||||||||||||||||
| |||||||||||||||||||||||||||||||
| |||||||||||||||||||||||||||||||
| |||||||||||||||||||||||||||||||
| |||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
Наши люди в Голливуде
начало: 24-02-2003 записей: 67, комментариев: 672 читателей (всего/сегодня): 20818 / 1 |
|||||||||
| |||||||||||
|
| ||||||||||
| Друг рассказал про общего знакомого: возвращаясь через Москву из какого-то заграничного путешествия, этот самый знакомый забежал к нему на 15 минут. Он успел помыться, побриться, постирать какую-то одежду, что-то погладить, переодеться, выпил бутылку шампанского и поехал дальше. Чтоб я так жил! | ||||||||||
| комментарии (0) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Пройдёт ещё совсем немного времени и на главной странице этого ЖЖ никого не останется. Забавно будет. Заходишь - и нет ни одного дневника. Пусто. Я тогда буду как стойкий оловянный солдатик - раз в месяц писать что-то непонятно кому. Вот ведь правда - я это пишу для кого? Для себя? Почему же не в стол? Близких мне людей, которые это читают, можно пересчитать по пальцам двух рук. Нет, трех. Надеюсь, трех. Ещё здесь столько же людей, которые очень мне симпатичны, и с которыми я бы с удовольствием чаще общался, но. А вот эти близкие люди, мои друзья - пусть редко, пусть чаще обещаю - но мы же созваниваемся, видимся, да? Не со всеми, правда. С тобой - почти нет. Забавно, не думали мы тогда, что эта игрушка окажется единственным способом связи. Ау, как слышно, приём. Что же мне, пользуясь случаем, сказать тебе? Какой передать привет? Сказать, что мне до сих пор кажется, что тогда, много лет назад, ты был не прав? Сказать, что и я был не прав, что я виноват? Прости. Сказать, что хотел бы напиться с тобой и все объяснить, да ты не пьешь? А может, всё это уже быльём поросло? Я иногда буду сигналить, ладно? Зеркальцем - длинная вспышка, короткая. Точка-тире-точка-точка-точка-тире-тире-тире-тире-точка-точка-точка-тире-точка-точка-точка-тире-точка-точка-точка-тире-тире-тире-точка. | ||||||||||
| без комментариев | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Саша спит с собакой. Это обыкновенный плюшевый урод с пластмассовыми глазами. Почему-то именно таким игрушкам всегда достается беззаветная детская любовь. Саша пока не говорит слова целиком (а пора уже!), поэтому собаку он называет «Га-га» (от «гав-гав»). Саша просыпается и говорит: «Ма-ма?! Га-га?! Па-па?!» Именно в таком порядке. Папа вздыхает про себя и идет Сашу умывать. Днем Саша кормит собаку из своей тарелки, дает ей пить, гладит ее и просто носит из комнаты в комнату, иногда пряча в какой-нибудь шкаф, выбираемый случайным образом. Вечером, перед тем как уложить Сашу спать, родители в тайне надеются, что сегодня он забудет про собаку. Саша спокойно позволяет одеть на себя пижаму, закапать нос, пьет витамины, залезает в спальный мешок, ложится и вдруг говорит «Га-га?!» (тон требовательно-вопросительный). Дальше родители бегают по квартире, ищут собаку. Саша не спит, повторяет «Га-га», видимо рассчитывая, что собака прибежит сама. Наконец, в ход идет ложь во спасение: «Саша, собака на работе». С мамой и папой такой фокус проходит. После подобного заявления, Саша обычно успокаивается и перестает переживать по поводу отсутствия родителей. Сейчас Саша смотрит удивленно. Собака? На работе? И показывает под кровать. Интересно, почему работа собаки ассоциируется у Саши с сидением под кроватью? Это он у бабушки с дедушкой насмотрелся, как Джим ворует носки, залезает под диван и лает? Нет, просто сегодня Саша спрятал свою собаку под кровать. И ведь все это время знал, что она там. | ||||||||||
| есть комментарии (2) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Мне всё больше кажется, что как-то я странно живу, неправильно. Как будто меня вообще нет, а есть некое тело (вроде моё), которое выполняет определенные функции: просыпается с утра (тяжело), ходит на работу, делает что-то по дому, говорит сыну "хватит ныть", а жене "как же мне всё надоело". И всё это с каким-то непреходящим ощущением временности - вот сейчас я закончу (отчет, проект, переезд и т.д.) и вот тогда-то начну, наконец, жить. А сейчас меня нет. Я где-то не здесь. Порой хочется даже встряхнуть себя, потрясти. Саша живет по-другому. Он просыпается с широченной улыбкой и говорит (как это передать письменно?): ЫЫыыыы! И показывает на потолок. Или на окно. Я более чем уверен, что это переводится примерно так: "Папа, смотри, это же лампа! Это же окно! Утро! Папа, представляешь, как здорово - я проснулся, а тут целый мир!" Мне остается только наблюдать это удивительное состояние цельности, соответствия сына самому себе. Это не он у меня учится - это я у него учусь. Надо признать, ученик из меня плохой. Иногда, вечером, я читаю жене вслух "Подстрочник" Лунгиной. Она описывает сталинские времена и это липкое, общее чувство страха, невозможности встать и сказать правду, проголосовать против объявления кого-то врагом народа, и я говорю: "Правда, мы постараемся, чтобы Саша вырос другим? Чтобы он был свободным, честным? Не боялся?" А самому страшно, почти трясет. Потому что Кущевская. Потому что Парфенов читает, а у него дрожат руки. Потому что человек в Домодедово говорит "Я вас сейчас всех убью". Потому что я не могу его защитить. В такие моменты мне вдруг кажется, что я возвращаюсь в свое тело. Я снова живой. Хрен вы меня возьмете. Мы еще повоюем, еще чуть-чуть. | ||||||||||
| есть комментарии (7) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| |||||||||||
| есть комментарии (10) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Я тут заметил одну странную вещь. Вокруг меня люди почти ни о чем не мечтают. У них нет какой-то, пусть даже глупой, мечты. Самой наивной, дурацкой — стать президентом России, мэром своего города, космонавтом, олимпийским чемпионом, писателем, я не знаю — стать хоть кем-то! Нет никаких амбиций: войти в историю, изменить что-то. Никому не нужна слава. Никто не хочет чем-то гордиться. Но они же мои ровесники — как, оказывается, быстро забывается вот эта юность, это ощущение, что ты можешь добиться чего угодно, стать кем хочешь. Что ты обязательно совершишь что-то выдающееся — ну не зря же ты пришел в этот мир, не просто так. Ты особенный. Люди вокруг меня мечтают о новой машине, или о доме где-нибудь, где тепло, хотят хорошо зарабатывать, чтобы можно было отдыхать в разных интересных местах. Некоторые (даже их мало) хотят сделать карьеру. Никто не ставит себе амбициозные цели — все какая-то ерунда, мелочевка. Что же это с нами происходит-то, а? | ||||||||||
| есть комментарии (6) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Вот в такое время живем – вместо разговора великого поэта с императором о прошлом и будущем страны приходится довольствоваться перебранкой поп-певца (при всем уважении) с завхозом: Ю.Ю.Шевчук: То, что сейчас творится в стране, - это сословная страна, тысячелетняя. Есть князья и бояре с мигалками, есть тягловый народ - пропасть огромная. Вы все это знаете. С другой стороны, единственный выход - чтобы все были равны перед законом: и бояре, и тягловый народ. Чтобы шахтеры не шли в забой как штрафные батальоны. Чтобы это было все по-человечески, чтобы личность в стране была свободная, уважающая себя. В.В.Путин: Все должны действовать в рамках закона. Вы упомянули про шахтеров. Но профессиональный подход требует взвешенного анализа и правовой и экономической ситуации. Вот почему там это происходит? Мне говорят, что одна из причин - это то, что постоянная составляющая заработной платы на некоторых шахтах, как на «Распадской», например, 45-46%, а все остальное это как бы премия. И за эту премию люди идут даже на нарушения техники безопасности. Я принял такое решение и дал соответствующее поручение, с тем чтобы эта постоянная составляющая была не менее 70%. Но, Юра, хочу Вам сказать, что это касается коксующихся углей. Вот сейчас начинается профессиональная часть. А есть энергетические угли, где уровень рентабельности гораздо ниже. А это все в тарифе сидит, эта постоянная составляющая. Если нам её увеличить бездумно, то может наступить ситуация, при которой все шахты, где добываются энергетические угли, будут просто закрыты, они будут нерентабельны. И вот этот разговор - Шевчук ему невнятно про неравенство, коррупцию, отсутствие свободы, а завхоз знай в ответ про коксующиеся угли - и это самое живое событие в политической жизни страны за последние годы! Больше-то вообще ничего нет - парламент по мнению Человека Грызлова «не место для дискуссий», в телевизоре и СМИ - понятно что, а деятели культуры спрашивают Путина про права животных и сцеживание молока. Да и правда - о чем еще можно спросить завхоза? Ему бы в Минпромторге времен СССР работать - может и был бы толк. Коксующиеся угли, япона мать. | ||||||||||
| есть комментарии (10) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Я тут разобрался с работой и решил, что давно не брал в руки шашек! Помню обещал ответить Мише О. что-то про Бумера. Отвечаю: Миша, Бумер - хороший фильм, мне нравится. Из новостей. Я переехал. Вообще за три с половиной года жизни в Москве (матерь Божья - сколько я тут уже!) я переезжал три раза. Сначала я жил в элитном районе (и даже не подозревал об этом) - на станции Проспект Вернадского, причем бесплатно. Квартира была страшная, но мы там отлично жили вдвоем с Костей, по вечерам пили водку и спорили об искусстве. Всё тогда было интересно, всё казалось временным - и работа, и Москва - и от этого было радостно и как-то свежо. А может мы были молодые дураки - помню, всё пили пиво в поезде и бегали по вагонам. Потом я переехал в отличную квартиру на станции метро Пражская. Мы жили там с женой, собакой и Юрой (так получилось), гуляли в Битцевском парке (маньяк давно сидит) и учились ездить на машине в условиях, максимально приближенных к боевым. До сих пор помню мой первый самостоятельный выезд - сразу на МКАД, по которому я ехал в крайней полосе на третьей передаче и смешно разговаривал сам с собой, чтобы не волноваться. Потом ту квартиру продали и мы переехали в другую, через улицу. Она была страшная, там был старый паркет под ковролином, который ужасно скрипел, плохая проводка и какая-то дурацкая мебель. Перед тем как ее тоже продали, там даже успел побывать Стем с велосипедами, а еще жили две австрийки, которые, как мне почему-то кажется, были лесбиянками. Впрочем, по-моему, я был счастлив тогда - ездил на трамваях и сердце, кажется, билось ровно на стыках рельсов. И вот теперь я переехал в другой район, на станцию Академическая. Мой дом стоит в огороженном парке, рядом с усадьбой Черемушки, по двору гуляют утки, а утром поют соловьи. Во дворе пять домов, они ведомственные, принадлежат какому-то атомному институту и в них проживают, в основном, его сотрудники, в том числе приятные бабушки и дедушки (см. отличную статью Андрея Лошака - это имя вы еще услышите тут неоднократно - о стариках в Москве). Здесь старый штучный паркет, высокие потолки, широкие подоконники, турник, а на стенах авторские фотографии. И нет проблем с парковкой. При этом цена - обычная. Сегодня я купил проигрыватель для пластинок и теперь жду, когда переедет жена, сын и собака - чтобы всем вместе, несмотря на всю эту галимую жизнь вокруг, пытаться быть счастливыми. Картинки для привлечения внимания - это наш двор (взял отсюда):   | ||||||||||
| есть комментарии (3) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| *** Пересмотрю фотографии – как там она, смешная Девочка, что манила когда-то – о чём мечтаешь? Не разберёшь на снимках, что там за жизнь чужая, Что в ней главнее, важнее? Дурная, знаешь, Новая эта возможность: нашёл на сайте Старых знакомых и всё не уймёшься, нет же, Так бы забыл давно, и – пока, прощайте! Ну раз в году бы встретил, а может реже. Нет же, всё ловишь отблески, всё сигналишь Людям, которые так далеко, так близко, Что мгновенно почти долетит записка, Да только вряд ли когда-то её отправишь. | ||||||||||
| есть комментарии (1) | ||||||||||
|
| ||||||||||
| Смотрю все серии сериала «Школа». Это обалденно! Таким и должно быть телевидение. | ||||||||||
| есть комментарии (101) | ||||||||||
| |||||||||||